Без ключа





Меня саму потрясает неизбежность категорической несостыковки с цивилизацией тогда, когда я пытаюсь расширить общение с миром через людей невиртуальных из живой плоти и крови. Я давно уклоняюсь от такой необходимости, но иногда накрывает и не отвертеться. Вынужденно приходится выходить из гнезда и куда-то себя двигать. За паспортом, например.


Каждый раз, когда путь отклонялся от фазенды или ближайше-кувшиновских фотомаршрутов, реальность меня за что-то свирепо наказывала.

С одной стороны, на физическом уровне повинна, вероятно, сама. С другой - что-то совсем не материальное определённо наличествовало в настойчивом осаживании моих попыток наладить каналы взаимности с другими.

Возможно, нами под завязку обитаемая Разумная Среда полагает суетными все мои судорожные попытки социализироваться - единственное вразумительное системное объяснение, и другого не нахожу.




* * *

Пока мы с Щекиной Галиной - с моей не то подругой, не то категорически нет, не общавшиеся из-за идеологических разногласий лет уже увесистое количество, наконец-то смиренно и взаимно тепло обирали яблони в её саду и заодно круто переоценивали всю жизнь, мама моя умудрилась так глубоко заснуть после своего похода на фазенду, что не открыла мне дверь. В которую я почти час ломилась всей тушкой, тележкой с яблоками и отчаянием.


Брать с собой ключ в принципе не было необходимости - Галина дача через речку, два километра неспешным пёхом туда и столько же обратно. Безнадёжная клиническая растяпа, я панически боюсь этот сакральный ключ потерять, потому что фирма, врезавшая три года тому назад стальной дверной блок в наше жильё, внятно уведомила, чтобы мы, - хозяева, стало быть, - ответственно берегли прилагаемые к новой двери все ключи, числом ровно три, поскольку при утере повторить их фирменную нарезку весьма сомнительно.


Мои попытки пробить броню ногами, спиной и ниже и только что не головой, не отпуская при этом кнопки звонка, таки достигли нервов пенсионной соседки по площадке - многопудовой разгневанной гирей она выбухнулась на лестничную площадку в поисках взломщиков, но обнаружила только меня с тележкой, полной яблок. Урожай в коробе на колёсах ей был понятен без пояснений, но на всякий случай всё равно урожайное изобилие расценилось как нарушение общественного порядка, ибо в моих глазах, без сомнения, читались все грани безумия.


- Будьте добры, - молвила я монументальной соседке, - выключите у себя дома телевизор и послушайте, включен ли наш. И если слышен, то насколько громко.

Толстая и большая старуха, обычно недобрая и всегда неистощимо подозрительная, всмотрелась в меня сколь возможно пристальней.

- Вам ведь слышен наш телевизор? - уточнила я.

- Всегда! - отрезала соседка. И добавила весомо-многозначительно: - Нам слышно ВСЁ, о чем вы говорите.

В другой ситуации во мне бы это "всё" вкупе с мыслимыми и немыслимыми подтекстами смутило бы "всё" и моё, и мамино, и общемировое, ибо то, что мы с мамой обычно бурно обсуждаем, совсем не предназначено для пожилых сугубо бытовых соседей, вовсе не озабоченных проявленным или не очень мирозданием. Но сейчас не до оценок соседями моего мировоззрения и прочего морального облика - мне не открыли дверь и я не могу дозвониться.


Соседкин взгляд изменился. Ушла. Выключила вещание. Вернулась.

- У вас тихо. Даже собачки вашей не слышно.


Собачки... Я прибила свою крышу на место астральными дециметровыми гвоздями: Чакры уже скоро год как нет и в нашем жилище давно никем лает.

Соседка, улучив момент моей растерянности, живо дезертировала, неслышно растворившись в дверном проёме.

Я опять кинулась вниз смотреть на свои окна - потом вверх по лестнице обратно - стучать, потом вниз по ней же смотреть...


...Мама, конечно же, заснула. Она просто заснула. Мама крепко спит, ну конечно же - спит, отчего же еще может быть за дверью такая безлюдная тишина.

...Однако весь подъезд с первого по пятый рислушивается из-за дверей к моим попыткам пробить телом непроходимую как в Солярисе дверь.

...Пенка с ночи рыгает. Может быть, отравилась. Наверное, Пенке плохо - может быть, ей настолько плохо, что мама в панике повезла ее в ту самую растреклятую ветлечебницу, угробившую Чакру, просто забыв, что я без ключа. Или даже не вспомнив об этом, потому что некогда.

...Или плохо не Пенке, а маме, и она не может встать...

Да некогда тут думать-то!


В горле холод. Вверх. Снова вниз. Пусто. Белый день. Средь белого дня никого нет. Кувшиново безлюдно как накауне творения.

Есть балкон. Но нет лестницы.

Есть водосточная труба. Труба и я очевидно взаимонепригодны - мы в разных весовых категориях.

Что есть еще?..

Соседи в другом подъезде? - не может же быть, чтобы везде во всём Кувшиново никого кроме нас с соседкой. Балконы подъездов граничат.

Нужно найти мужчин. Третий этаж - можно попытаться уговорить перелезть с балкона на балкон за деньги, но деньги за треклятой железной дверью. Ну откроют же!


Снова звоню всё той же подозрительной соседке - она здесь была всегда, от начала начал. Знает всех кувшинян поименно - кто, с кем, когда, куда, зачем и все грядущие последствия. Даст наводку, к кому возможно сунуться с проблемой.


Соседка открывает не сразу, ее заволакивает недовольство.

Сейчас начнутся выяснения, какого числа моя квартира обязана мыть пол в общем подъезде.

- Мама не открывает дверь.

- Ну… - мягчеет старая женщина. - Чем я могу помочь-то?

- В доме есть мужчины, способные с соседнего балкона перелезть на наш? Там всего-то - тонкая перегородка.

- Мужчины?! Способные? - Отрезала: - Вот уж чего нет того нет.

Вспоминаю всех виденных во дворе аутистов, даунов и алкоголиков. Понимаю: соседка права.



* * *

Чужой подъезд. Чужая дверь.

- Здравствуйте. Простите. Нужно срочно попасть через ваш балкон на свой.

Молодая женщина моментально просекла всё по моему перевёрнутому лицу. Ни одного воспроса, ни секунды промедления - наверняка не вологодская, а как мы понаехавшая.

- Проходите.

Чистое спокойное жилище. Везде порядок и никакого Дзена.

Забалконная соседка споро убирает соседствующие с общей переборкой ящики с настурциями.

- Кто полезет?

Из другой комнаты выглядывает любопытный молодой парень лет девятнадцати. Спортивный. Смотрю на него.

Соседка:

- Нет. Сыном рисковать не стану.

Внутренне соглашаюсь без всякого протеста: у меня нет прав подвергать риску другого человека. К тому же другой всё равно не справится с нашим замком во входной двери - замок настолько гениально прост технологически, что его за годы так и не удалось освоить даже тем, кто бывает у нас дома постоянно.

Голос женщины:

- Может, взломать всё-таки входную дверь?

- Если бы! Не выйдет. Стальная. Двойная.

Мысленно проклинаю жильё, моментально обратившееся в ловушку.

- МЧС?

- Я не знаю, что дома. Может быть, нужно быстро.

- Лезть некому, - напоминает женщина.

- Значит, сама.

Соседка с сомнением смотрит на мой белоштапельный платок, по-деревенски навернутый до бровей, и трезво, хотя и молча, оценивает очевидно неспортивные формы и перекошенное душевное состояние.

- Мне как? Побыть с вами? Или уйти? Как вам будет легче?

Умница. Дай тебе Бог.

- Одной. Спасибо.



* * *

Больше всего я боялась упасть, влезая на всего лишь метровой высоты стол из-под настурций. И таки именно там и рухнула в балконный цементный пол - обвалилась с табуретки с густым грохотом, повредив так некстати палец, до зарезу нужный для взлома собственных дверей. Получился шум настолько объемный, что соседка и не рискнула даже выглянуть на собственный балкон, чтобы хоть в чём-нибудь убедиться.


Хочется верить, что никто не видел этого позорного зрелища. Мифов про лунатически блуждающую по территории областного дурдома подозрительную фотодуру вполне достаточно на пару ближайших поколений кувшинян.


...Потом я тупо пыталась босой ногой выбить две уже свои балконные двери сразу - наружная створа так кстати не была закупорена шпингалетами, шанс попасть домой уже есть точно, но как же всё долго, а дома непонятно что.

В заоконных размытых сумерках проявилась Кошка Пенелопа, устроилась в коридоре напротив созерцать двумя полнолуниями сквозь балконные стекла тайну происходящего.

Так, - поняла я, - вариант с версией неотложной ветпомощи отравившейся Пенелопе отпадает. Господи. Господи, пусть мама просто спит.


- Хозяйка, появитесь, будьте добры, - мне очень нужна фомка.

- Фомка?.. - озадачилась женщина. Ну да, ведь в Городе Во не ведают, что такое грохотка для яиц, откуда им знать про фомку. Слова в Городе Во нужно подбирать осмысленно.

- Гвоздодёр. Или топорик. Или что-нибудь надёжно железное.

Соседка вернулась не сразу, с кривой железкой неопределенного назначения и почти маникюрных размеров.

Я запомнила на веки вечные: на балконе необходима заначка с фомкой.


…Ёптыть… птыть… тыть… - озвучивание процесса синхронно с попытками открыть через две двери внутренний шпингалет снаружи.

…Выпрямляюсь и вижу непередаваемо чистый, по-детски потрясённый взгляд мамы, тщетно пытающейся понять, почему я возвращаюсь из чужого яблочного сада через балконную дверь.



11 сентября 2004



Просмотров: 87Комментариев: 3

©2019 by Русла Речи. Proudly created with Wix.com